на главную страницу

карта сайта

отправить письмо

Поиск по сайту:

Член Правительства Санкт-Петербурга - председатель Губернатора Санкт-Петербурга в Законодательном Собрании Санкт-Петербурга

Михаил Наумович Бродский

Сегодня года.

«Горе вам, законникам, что вы взяли ключ разумения: сами не вошли, и входящим воспрепятствовали».

Св. Евангелие от Луки, глава 11.



29 сентября 2012 года в Законодательном Собрании Санкт-Петербурга состоялось событие, всколыхнувшее общественное мнение и породившее ожесточенные споры между скептиками и предтечами вопроса об абортах. Обсуждался проект законодательной инициативы «О внесении предложения о пересмотре положения части 2 статьи 17 главы 2 Конституции Российской Федерации», подготовленный депутатом Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, председателем Комитета по законодательству Виталием Милоновым. Предложено внести изменение в Конституцию Российской Федерации, изложив часть 2 статьи 17 главы 2 в следующей редакции: «2. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому с момента первого сердцебиения». В пояснительной записке Виталий Милонов сообщил: «Одобрение и последующее принятия данного предложения о пересмотре Конституции Российской Федерации создаст необходимый в любом цивилизованном обществе и правовом государстве комплекс законодательно установленных гарантий детей, соответствующий принятым Российской Федерацией на себя международным обязательствам». С трибуны Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Виталий Милонов добавил: «Эти люди отличаются от нас только тем, что не могут попросить их не убивать… Все религиозные учения говорят о том, что жизнь человека возникает раньше, чем человек получает паспорт, и вся разница между нами и человеком в утробе матери - в способе получения кислорода»[1].

В результате за инициативу Виталия Милонова внести изменения в Конституцию Российской Федерации и признать за эмбрионом права полноценного человека и гражданина проголосовали 7 депутатов, 3 воздержались, остальное большинство - против. К сожалению, вместо ожидаемой содержательной и конструктивной дискуссии, чем всегда славился петербургский парламент, участники заседания затеяли бесплодный спор и в результате потеряли тему.

Своеобразным рефреном того, что произошло 29 сентября 2012 года в стенах Законодательного Собрания Санкт-Петербурга стало выступление депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Людмилы Косткиной, которая заявила, что ей «…стыдно стоять на… трибуне и обсуждать данный вопрос. По существу проект абсурден и возвращает нас к невежеству, мракобесию, так как не содержит ни одного биологически подтвержденного факта... данным проектом унижается мнение специалистов, унижаются и нарушаются права женщин. Исходя из… проекта поправок, получается, что женщина вообще бесправна, она просто инкубатор, ее решение никого не будет волновать. И, как следствие, встанет в полный рост вопрос об абортах… Наша страна проходила такой период, и надо понимать, что такую проблему запретами не решить… Выражаю надежду, что Законодательное Собрание Санкт-Петербурга поставит барьер на пути невежества и попытки собственного пиара ценой унижения общественного мнения…[2].

Ее выступление коллеги встретили аплодисментами, и на трибуну активно засобирались представители едва ли не всех представленных фракций. Некоторые откровенно резвились, как например, депутат Вячеслав Нотяг, предлагая ввести уголовную ответственность для мужчин за мастурбацию. Другие, в частности депутат Марина Шишкина, предлагали наделить правами человека сперматозоид и яйцеклетку. Третьи решили, что пора выдавать не свидетельство о рождении, а свидетельство о первом сердцебиении. Сам Виталий Милонов был подвергнут остракизму, политика назвали самопиарщиком и невежей, который пишет законопроекты под диктовку церковников.

Обращая внимание на то, что возможность обсуждения законопроекта в целом предполагает замечания и предложения по концепции законопроекта, его структуре, терминологии и других аспектах, связанных с текстом законопроекта, чего в принципе не было при рассмотрении законодательной инициативы Виталия Милонова, мы хотели бы не только заметить, что поднятая Виталием Милоновым проблема вовсе не мракобесие и заслуживает самого пристального внимания, содержательного обсуждения, выработки серьезных мер по решению имеющихся проблем.

Прежде всего, хотелось бы отметить, что все участники дискуссии как-то прошли мимо того факта, что главная мысль законодательной инициативы Виталия Милонова заключается не только в том, что «основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому с момента первого сердцебиения», но и в том, что права на жизнь неродившегося еще человека принадлежат каждому по безусловному естественному основанию и должны неуклонно сочетаться с правами его матери! На наш взгляд, инициатива была внесена для того, чтобы вызвать обсуждение вопроса о праве на жизнь. В Конституции Российской Федерации есть гораздо более одиозные вещи, например, из нее следует, что дети, получающие гражданские права с рождения, имеют право на труд». Важно не то в какой момент надо признавать человека человеком, а то что и как мы для человека сделаем, какие условия создадим женщине, чтобы она хотела стать матерью, понимала важность сохранения новой жизни и была уверена в том, что государство, общество оценят ее материнство по достоинству. К сожалению, эта мысль, прозвучавшая в зале Законодательного Собрания Санкт-Петербурга при обсуждении предложения Виталия Милонова, как-то прошла мимо внимания депутатов и журналистов. А ведь то, что сказала в конце своего выступлении Людмила Косткина намного важнее всего того, что услышали в этот день петербуржцы. «Я лично и многие в этом зале против абортов. И я понимаю очень хорошо… какой вред они наносят репродуктивному здоровью наших женщин. Это беда. Но абортов меньше не там, где их сделать труднее, а там, где их делать незачем. Опыт нашей страны, опыт многих зарубежных стран это уже доказал. Эту проблему запретом не решить. Мы должны создавать для женщин соответствующие социальные условия, чтобы она рожала, а не отказывалась…»[3], - заявила Людмила Косткина. Представляется, что лучше эту проблему не сформулировать.

Право на жизнь (ст. 20 Конституции Российской Федерации[4]) открывает перечень личных прав человека и гражданина. Оно в первую очередь должно обеспечиваться правом жизнеспособного ребенка на рождение. В официальной российской юриспруденции подобное право отсутствует, точнее, «поглощается» общим понятием права на жизнь[5]. Между тем проблема обеспечения его в отношении определенного контингента детей именно на указанном этапе рождения чрезвычайно актуальна.

Конечно, гарантируемые нам Конституцией Российской Федерации права не являются естественными в том смысле, что они вытекают из социобиологической или духовной или какой бы то ни было иной природы человека, вечной и неизменной. Это права, возникающие лишь на определенной стадии естественного развития общества, в определенной культуре. Они принадлежат каждому не от рождения человеком, а в силу рождения в таком обществе, в котором возможны безусловные притязания индивидов на свободную самореализацию в общественно-политической жизни, описываемые как естественные и неотчуждаемые права и свободы. «Ведь с рождением человека как естественным явлением Кон­ституция связывает момент принадлежности, а не происхождения прав и свобод человека... Определенная стилизация под естественное право призвана здесь продемонстрировать исходную и безусловную свободу, правомочность и правосубъектность любого индивида в его отношениях со всеми остальными - государством, обществом, другими индивидами»[6].

Все права, гарантируемые нам Конституцией не безусловны. Поскольку права и свободы реализуются в обществе, что нередко требует сотрудничества людей, то это обстоятельство обусловливает неизбежность определенных ограничений прав и свобод. Ограничения диктуются, прежде всего, необходимостью уважения таких же прав и свобод других людей, а также необходимостью нормального функционирования общества и государства, равно как и любого коллектива.

Например, право на здравоохранение незыблемо, но ни одно государство не может себе позволить выделять неограниченные (по отношению к возможностям) финансовые обязательства по предоставлению бесплатной медицинской помощи гражданам.

Или, например, к числу основных прав относится право на жилище, провозглашенное в ст. 40 Конституции Российской Федерации, и поэтому в силу ст. 17 Конституции Российской Федерации этому праву свойственна неотчуждаемость. Однако при этом обращается внимание на «постоянное», «устойчивое» пользование имеющимся жилым помещением, т.е. на то, что «жилье неприкосновенно». Обоснованы суждения относительно содействия государства в улучшении жилищных условий. Вместе с тем обойдены или комментируются иначе выражения «реальная или гарантированная возможность получения», «государство гарантирует» и т.п., которые в недавнем прошлом относили к самой сути права на жилище.

Точно так же и с правом на аборт. Оно не безусловно. Оно в большей или меньшей степени, но ограничено. А потому постараемся внести ясность в части положения дел в нашей стране с абортами и отсылки к данным официальной статистики.

В современном мире допустимость абортов и её пределы — остро дискуссионная проблема, включающая религиозные, этические, медицинские, социальные и правовые аспекты. В некоторых странах (например, в США, Польше) эта проблема приобрела такую остроту, что вызвала раскол и ожесточённое противостояние в обществе.

В последнее время в России также идут серьезные дискуссии вокруг проблемы абортов, затрагивающие моральные, политические и законодательные вопросы. Одни представители гражданского общества утверждают, что женщина имеет и должна иметь право на т.н. «безопасный аборт». По их мнению, эмбрион не может считаться ребёнком ни с юридической, ни с социальной, ни с биологической точки зрения[7] Другие заявляют, что, поскольку плод с момента зачатия является человеческим существом, он имеет неотъемлемое право на жизнь и человеческое достоинство, которое должно защищаться. .

С религиозной точки зрения фундаментальное убеждение противников абортов заключается в том, что жизнь человеческой личности начинается в момент оплодотворения яйцеклетки. Эмбрион является не более и не менее, чем ранней стадией развития индивида, личности. В этом случае уничтожение эмбриона равноценно убийству человека. Но с юридической точки зрения это просто «абортивный материал», уже сформированные человечки людьми не считаются. Они официально проходят как «биологический материал», поэтому с ними можно обращаться как угодно вопреки моральным и нравственным нормам. «Если эмбрион — гражданин, то оральный секс — людоедство», - шутила при обсуждении законодательной инициативы Виталия Милонова депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Марина Шишкина. Фраза, за считаные минуты разлетевшаяся по всему интернету, ярко продемонстрировала, что наше общество не понимает остроты и важности поднятой проблемы, подтверждает абсурдность происходящих в этой сфере процессов и мнений.

Доктор Бернард Натансон, основатель Национальной ассоциации по отмене закона об абортах «NARAL» (National Association for Repeal of Abortion Laws)[8], которая позднее была переименована в Национальную лигу за право на аборты (National Abortion Rights Action League) и в период с 1970 по 1984 годы лично сделавший женщинам несколько десятков тысяч абортов, в 1984 году провёл ультразвуковую съёмку процесса аборта. Продемонстрированные снимки, сделанные ультразвуковым фотоаппаратом в Лондонском центре репродукции и современных технологий, позволили впервые получить наглядные данные о развитии плода на разных стадиях беременности. Отснятые материалы показали, что ребёнок чувствует угрозу от инструмента, которым производится аборт, при его приближении он начинает совершать быстрые движения, отодвигается от вакуум-кюретки в сторону, в левую часть матки, его сердцебиение ускоряется со 140 до 200 ударов в минуту, при этом ребёнок раскрывает рот — он как бы кричит. Нападки и сомнения в подлинности документов, которые появились позже, были отброшены создателем метода USG (УЗИ) доктором И. Н. Дональдом, а Г. Кельленс, врач, который производил аборт, подтвердил: «Тут нет никаких манипуляций. Фильм не поддается даже самым агрессивным атакам. Может он и не отвел членов Верховного Суда от легализации абортов, но с уверенностью можно сказать, что он спас жизнь многих детей». Эти снимки произвели сенсацию, так как они неопровержимо доказали, что 12-недельный зародыш - уже практически сформировавшийся человек, а с 26-й недели, т.е. с 6-го месяца беременности, ребенок в утробе матери демонстрирует полный спектр человеческих реакций, выражая мимикой самые разнообразные чувства: радость, боль, испуг, ужас. Это открытие, несомненно, будет иметь огромное значение для окончательного ответа на вопрос: с какого момента эмбрион становится человеком. Впоследствии отснятые материалы вошли в фильм «Безмолвный крик»[9], посвящённый борьбе с абортами, а Бернард Натансон стал убеждённым противником абортов. В 2002 году организация «Planned parenthood» выпустила материал под названием «Факты говорят громче, нежели «Безмолвный крик», обвиняющий д-ра Натансона в фальсификации данных, однако некоторые аргументы, приведённые авторами данного материала, не выдерживают критики: так, например, утверждение о том, что для ощущения боли необходима миелинизация нервной системы и завершение формирования мозжечка, явно ложно — мозжечок в мозгу выполняет функцию координации движений человека и не имеет к восприятию боли никакого отношения, а нервные C-волокна, отвечающие за передачу болевых импульсов, у человека вообще не миелинизируются, к тому же сам процесс миелинизации ЦНС у человека заканчивается лишь к 20 годам[10].

Позиция православных церквей касательно аборта не различается. Официальная позиция Русской православной церкви сформулирована в «Основах социальной концепции»: «XII.2. С древнейших времен Церковь рассматривает намеренное прерывание беременности (аборт) как тяжкий грех. Канонические правила приравнивают аборт к убийству. В основе такой оценки лежит убежденность в том, что зарождение человеческого существа является даром Божиим, поэтому с момента зачатия всякое посягательство на жизнь будущей человеческой личности преступно».

Председатель конгресса еврейских религиозных организаций и объединений России Зиновий Коган сообщил, что в Израиле аборты запрещены законодательно. Он предложил создать в России государственный фонд «Будущее поколение» по аналогии с Пенсионным фондом, а также не лишать мать прав, даже если она отдает ребёнка в детдом, отметив, что возможно, в момент рождения её стесняют условия жизни, но она сможет приходить к ребёнку и впоследствии может забрать его к себе. Также он предложил всем конфессиям включить в чин бракосочетания вопрос: «Обещаешься ли ты не убивать детей абортом?»[11]

Ислам допускает аборт, при условии что возраст плода не достиг 120 дней, поскольку до этого времени он не имеет души согласно утверждению Муххамада, переданному хадисами Муслима и аль-Бухари: «Поистине, каждый из вас (сначала) формируется во чреве своей матери в течение сорока дней в виде капли, затем он столько же пребывает (там) в виде сгустка крови и ещё столько же - в виде кусочка плоти, а затем Аллах направляет ангела, который получает веление записать четыре вещи. Ему говорится: «Запиши его дела, его удел, его срок, а также то, счастливым он будет или злосчастным», после чего в него вдувается дух»[12]. Если ребёнок зачат вне мусульманского брака, то есть в результате прелюбодеяния, и рождение ребёнка отрицательно повлияет на репутацию женщины или вызовет жизненные осложнения, то современные алимы считают аборт желательным при условии, что возраст зародыша не достиг 120 дней. По истечении этого срока беременности аборт запрещен и приравнивается к убийству. Полпред Координационного центра мусульман Северного Кавказа в Москве Шафиг Пшихачев заявил, что «…ислам последовательно выступает в защиту прав нерожденного ребёнка, хотя и допускает производство абортов в случае угрозы жизни матери, а также при некоторых других тяжелых обстоятельствах». Таким образом, по истечении 120 дней с момента зачатия Господь ниспосылает ангела, который вдыхает душу в формирующегося младенца, и человеческий эмбрион обретает жизнь. С этого времени зародыш приобретает новый статус, качественное состояние: возникшая человеческая душа делает его полностью сформировавшимся живым существом.

Все исламские ученые прошлого и настоящего едины во мнении... в том, что по истечении указанного срока уничтожение человеческого эмбриона категорически запрещено (харам) и является преступлением. До этого срока или после если и допускается, то только в исключительных случаях, когда имеется очевидное опасение за здоровье[13].

Буддистские богословы в своем большинстве поддерживают свободу женщины выбрать аборт в определенных обстоятельствах. В тайском буддизме доктрина каммы говорит о том, что намерения человека, стоящие за тем или иным действием, определяют его соответствие морали, а вовсе не действие само по себе[14] Гибкость буддизма как религии допускает аборт в различных обстоятельствах, что отражено в законодательстве об абортах в Камбодже и Таиланде, где буддизм является государственной религией. В Камбодже аборты по желанию женщины разрешены в течение первых 14 недель беременности[16]. В Таиланде аборты разрешены только в случае угрозе жизни и физическому здоровью женщин или изнасилования[17]. В Японии, где буддизм является численно доминирующей религией, к аборту относятся терпимо, как законодательно, так и социально[18].. Таким образом, в контексте аборта прерывание беременности в интересах жизни или здоровья женщины, а также в случае изнасилования, не обязательно считается аморальным действием[15].

Сторонники запрета абортов ссылаются на данные эмбриологии, которые показывают, что с момента слияния женских и мужских половых клеток в ампуле материнских фаллопиевых труб эмбрион имеет многие характеристики человеческого существа, в частности геном, направленный на постепенное развитие вплоть до формирования взрослого человека. Из этого сторонники запрета абортов делают вывод, что эмбрион уже может считаться человеком.

Критикуя мнение противников запрета абортов о том, что эмбрион является «человеком в потенции», но ещё не реальным человеческим индивидуумом, приводят следующие доводы, - Аристотель считал, что понятие потенции стоит в прямой связи с актом: потенциальным является то, что - если ему ничто не помешает - может само по себе проявиться и актуализировать самое себя. Активная потенция проявляет конституциональные способности данного существа к развитию ех natura sua. В логике противников человеческой индивидуальности раннего эмбриона слово «потенция» употребляется в явно редуктивном его значении и обозначает лишь теоретическую возможность. Но эмбрион существует реально как настоящее человеческое существо. В потенции находятся не его сущность или человеческий род индивидуума, а полное проявление его внутренних возможностей, которые подвержены процессу постепенного биологического созревания. Зигота имеет характер активной потенции, поскольку сама по себе, при отсутствии препятствий, приводит к полному развитию человека (при условии воспитания в человеческом обществе). Эмбрион является не теоретическим «человеком в потенции», а реальным и актуальным человеком, то есть, как писал Тертуллиан: «Уже является человеком тот, кто им станет»[19].

Сторонники запрета абортов указывают на то, что мужчина и женщина потенциально несут ответственность при вступлении в половую связь, результатом которой может стать беременность, поскольку надёжность любых средств контрацепции не является стопроцентной. Иными словами, с точки зрения противников абортов, люди, желающие избавиться от нежелательной беременности, решают проблему, возникшую по их вине за счёт ещё не родившегося ребёнка, который, в отличие от них самих, в создавшейся ситуации не повинен.

В настоящее время нормы, касающиеся аборта, имеются в уголовном законодательстве всех без исключения стран мира. В ряде стран соответствующие уголовно-правовые нормы содержатся в специальных законах (Дания, Швеция, Франция).

Уголовная политика в отношении абортов и конкретный состав наказуемых деяний в современных странах чрезвычайно различаются в зависимости от отношения данного государства и общества к проблеме искусственного прерывания беременности.

Все государства в отношении случаев допустимости аборта можно разделить на четыре группы:

-        Полное запрещение. В этой группе государств аборт рассматривается как преступление против внутриутробной жизни и приравнивается к убийству. Здесь аборт рассматривается преступным как таковой. В Афганистане, Анголе, Бангладеш, Венесуэле, Гватемале, Гондурасе, Египте, Индонезии, Ираке, Иране, Ирландии, Йемене, Колумбии, Ливане, Ливии, Мавритании, Мали, Непале, Никарагуа, ОАЭ, Омане, Парагвае, Папуа-Новой Гвинее, Сальвадоре, Сирии, Чили, на Филиппинах аборты полностью запрещены (как правило, кроме случаев спасения жизни женщины).

-        Аборт по медицинским показаниям и в других исключительных случаях. В Алжире, Аргентине, Боливии, Бразилии, Гане, Израиле, Кении, Коста-Рике, Марокко, Мексике, Нигерии, Пакистане, Перу, Польше, Уругвае разрешены аборты только при угрозе жизни и здоровью женщины, то есть только по медицинским показаниям. Так, например, в Испании в 1985 г. были легализованы аборты в случаях изнасилования, серьёзных аномалий плода и серьёзного риска, создаваемого беременностью для физического или психического здоровья женщины.

-        Аборт по медицинским и социально-экономическим показаниям. В Англии, Индии, Исландии, Люксембурге, Финляндии, Японии аборты разрешены только по медицинским и социально-экономическим показаниям, а также в случаях изнасилования.

-        Свобода аборта. В наиболее либеральной группе стран законодатель исходит из признания права женщины самостоятельно решать вопрос о беременности. Уголовная политика направлена здесь на охрану здоровья женщины, то есть наказуемы только внебольничные и поздние аборты. Аборты «по желанию» на ранних стадиях беременности разрешены на территории СНГ и Балтии, в бывших югославских республиках, Австралии, Австрии, Албании, Бельгии, Болгарии, Венгрии, Вьетнаме, Германии, Греции, Дании, Италии, Камбодже, Канаде, КНР, на Кубе, в Монголии, Нидерландах, Норвегии, России, Румынии, Сингапуре, Словакии, США, Тунисе, Турции, Франции, Чехии, Швеции, ЮАР.

Многие государства также вводят различного рода ограничения на аборты. Среди них, например, обязательный период ожидания (то есть, женщине дается какое-то время, чтобы пересмотреть свое решение), согласие супруга или отца будущего ребенка, разрешение особых надзирающих органов (например, медицинских и\или социальных служб) и пр.

В Венгрии по принятой в 2011 Конституции жизнь человека начинается с зачатия, что, фактически, приравнивает аборт к убийству.

В современной России сначала в «Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» 1993 г. (ст. 36)[20], а затем и в Федеральном законе «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ст. 56)[21] содержатся соответствующие нормы, регулирующие вопросы искусственного прерывания беременности.

При этом право женщины на прерывание беременности закреплено в обоих законах: каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве. Правда, вопрос о сроках, в рамках которых аборт возможен, в законодательстве решен различным образом. Как предусматривала ч. 1 ст. 36 Основ законодательства 1993 г. искусственное прерывание беременности проводится по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям - при сроке беременности до 22 недель, а при наличии медицинских показаний и согласия женщины - независимо от срока беременности. Практически в том же виде аналогичные предписания воспроизведены и в ч. ч. 2, 4 ст. 56 Закона об охране здоровья.

Однако, как и Основы законодательства, Закон об охране здоровья содержит в качестве основания для прерывания беременности так называемые «социальные показания». Представляется, что данные показания должны иметь четкий и исчерпывающий перечень, не допускающий возможности их определения в каждом конкретном случае. Попутно следует также отметить, что в справочных изданиях аборт определяется как прекращение беременности вследствие рождения плода до истечения 28 недель, когда плод человека нежизнеспособен[22].

В конце 80-х годов в нашей стране были рассекречены данные по количеству абортов. Часть этих рассекреченных сведений была опубликована. Эти официальные данные Министерства здравоохранения не только поражают, но и дают окончательный ответ на вопрос о главной причине нынешнего демографического кризиса России. Попробуем сделать несколько выводов из данных государственной статистики.

Официальные данные Минздрава РСФСР по абортам представлены в значениях количества произведенных каждый год таких операций в расчете на 100 живорождений с 1960 года. Таблица количества абортов в пересчете на 100 рожденных живыми опубликована на сайте Российского Института Демографии при Российской Академии Наук[23].

Из этой таблицы мы можем увидеть, что в РСФСР на 100 родившихся в 1960 году приходилось 157,2 аборта, в 1965 году 274,5 аборта, в 1970 году 254,1 аборт, в 1975 году 221,8 аборта, а в 1980 году 204,6 аборта. Другими словами, в РСФСР было от 1,5 до 2,7 аборта на каждого родившегося живым ребенка. Много это или мало?

Данные Минздрава позволяют легко рассчитать сколько делалось абортов в России в абсолютных величинах. В 1960 году было произведено только в РСФСР 5,46 млн. абортов, в 1970 году 4,84 млн., в 1975 году 4,67 млн., а в 1980 году 4,51 млн. Простым суммированием всех значений легко посчитать, что всего с 1960 по 1990 год по данным официальной статистики Минздрава было абортировано 143,2 млн. жизней только в России, не считая остальных республик СССР.

Если данные по количеству абортов с 1960 по настоящее время официальны и открыты, то с данными о количестве абортов с 1920 по 1960 год дело обстоит сложнее.

Советская Россия была первым государством мира, где аборты были разрешены. При этом с 1920 до 1938 года СССР был единственным государством в мире с разрешенными абортами. Разрешение на аборты в Болгарии, Польше и Румынии были даны в 1956 году, а в Чехословакии и Югославии – в 1957 году. При этом в США искусственное прерывание беременности было разрешено в 1973 году, в Великобритании в 1967 году, во Франции в 1975 и в Западной Германии в 1976 году, но в этих странах достаточно большая часть населения продолжает отвергать аборты.

«В 20-е годы в России была сформирована особая абортная культура — приспособление и привыкание общества к широкому производству абортов как к основному или даже единственному способу регулирования числа детей в семье»[24].

Если в 1924 году в Москве на 100 рожденных живыми делалось 27 абортов, то в 1925 уже 38, в 1926 – 61, а в 1927 – 86. Из этих цифр следует, что количество абортов выросло в 3 раза с 1924 по 1927 годы[25].

Быстрый рост числа абортов в Советской России привел к тому, что в 1935 году в РСФСР было произведено около 1900 тысяч абортов. По некоторым оценкам, одна ленинградка к достижению 35-летия в начале 1930-х годов в среднем делала 6-8 операций по прерыванию беременности. В результате число искусственных абортов на 1000 жителей в Ленинграде за 10 лет выросло в 7,6 раза.

В целом по России в это время показатели были меньшими, но все-таки непростительно высокими. Только в учреждениях Наркомздрава РСФСР в 1934 г. родилось около 3 млн. детей, а абортировано 700 тысяч — на каждые 4 рождения приходился 1 аборт[26].

Огромное количество абортов стало одной из главных, наряду с голодом коллективизации, причин стремительного снижения рождаемости в СССР. Так, например, по официальным данным переписи населения СССР 1939 года жителей СССР 1928 года рождения (появившихся на свет до коллективизации) было 4,39 млн., то жителей 1934 года рождения – всего 2,81 млн.

С 1936 по 1955 год аборты были условно запрещены по одному лишь желанию женщины, однако они были разрешены по медицинским показаниям. В любом случае, даже при так называемом «сталинском запрете на аборты» их официально делалось в СССР больше, чем во всем остальном мире вместе взятом.

Например, в РСФСР после так называемого запрета на аборты их вполне официально было произведено в 1937 году 355 тыс., в 1938 году 430 тыс., в 1939 году 464 тысяч и в 1940 году 501 тысяч. Количество легальных абортов по медицинским справкам в последующие годы росло до самого их узаконения в 1956 году. Таким образом, с 1920 по 1960 год было легально произведено только в РСФСР около 40 млн. абортов[27].

Попытаемся сравнить эту цифру с аналогичными значениями в разных зарубежных странах. Российский Институт Демографии приводит таблицу количества абортов на 100 родившихся по 40 зарубежным странам по официальным данным Совета Европы[28].

Из капиталистических стран в 1960 году самый высокий показатель по числу абортов на 100 рожденных живыми был в Японии. В 1960 году в стране восходящего солнца производилось 66 абортов на 100 живорождений, то есть в 2,5 раза меньше, чем в РСФСР в относительных значениях. Синтоистская культура Японии изначально не противоречила абортам, в отличие от культуры христианской. Это, привело к тому, что Япония в наше время занимает одно из последних мест в мире по рождаемости. Одно это доказывает то, что многолетняя традиция абортов – это самый сильный фактор падения рождаемости. Страной с самыми распространенными абортами в Европе среди капиталистических стран была в 1960 году Австрия. Хотя Австрия была тогда самой подверженной абортам страной западного мира, там производилось 15 абортов на 100 рождений, то есть в 10 с лишним раз меньше в относительных величинах, чем в Советской России. В Финляндии в 1960 году показатель абортов был равен 8 на 100 рожденных живыми (почти в 20 раз меньше, чем в РСФСР), в США 5,3 (в 30 раз меньше), а в Швеции 2,7 (в 60 раз меньше). В большинстве европейских стран аборты в 1960 году были запрещены, и их количество было весьма малым. В 1970 году, когда количество абортов на 100 рождений в Советской России выросло до 254, наша страна продолжала очень сильно опережать все без исключения капиталистические страны. Так, в Японии абортов на 100 рождений было в 1970 году 38, во Франции 16, в США 11 (в 23 раза меньше, чем в РСФСР), а в Великобритании 10 (в 25 раз меньше). В 1980 году, когда в РСФСР число абортов на 100 рождений составило 205, аналогичное значение для США было 43 (почти в 5 раз меньше), для Великобритании 22 (в 9 раз меньше), а для Франции 21. В 1990 году, в конце советской эры количество абортов в РСФСР осталось почти неизменным (206 на 100 рожденных живыми), а в европейских странах выросло незначительно или осталось неизменным (США – 39, Япония – 37, Великобритания – 25, ФРГ – 16). Неизменным оставалось, как мы видим, многократное опережение Советской России остальных стран по распространенности абортов в 5-15 раз.

По данным ООН Россия и сегодня занимает первое место в мире по распространенности абортов. 1186 тысяч – таково количество абортов в России за 2010 год, согласно официальной статистике. Реальное же число абортов в России – от 5 до 12 миллионов за год. При рождаемости в 1 миллиона 790 тысяч детей в год (всего в 2010 году родилось 1789,6 тысяч детей, а 2011 году — 1793,8 тысяч[29]), количество абортов в три раза превышает количество детей, появившихся на свет[30]. Число абортов в России за год больше чем население Калужской (1040,9 тыс. человек) или Ивановской (1148,9 тыс. человек) областей, приблизительно равно населению таких регионов России, как Вологодская (1270,0 тыс. человек) или Рязанская области (1228,0 тыс. человек).

В 2010 году аборты прервали больше жизней нерожденных детей, чем было прервано человеческих жизней по любой из лидирующих причин смертности. Так, в 2010 году число абортов приблизительно на 34,2 тыс. превысило число людей, умерших от болезней системы кровообращения (ведущая причина смертности), примерно в 4 раза –число людей, умерших от онкологических заболеваний и иных новообразований, в 41 раз – число людей, погибших в ДТП, в 266 раз – число детей, в том же году погибших от всех внешних причин, вместе взятых.

При этом следует иметь в виду, что для успешного перспективного развития любой страны необходимо как минимум простое воспроизводство ее населения[31]. В 2010 году естественная убыль населения России составила 239,6 тыс. человек[32]. Для простого воспроизводства населения суммарный коэффициент рождаемости должен составлять как минимум 2,1. В 2009 году он составил 1,54. По прогнозам демографов к 2030 году он в лучшем случае достигнет уровня 1,85.

Население России будет из года в год претерпевать естественную убыль, увеличиваясь только за счет миграции[33]. Все это позволяет сделать вывод о том, что аборты являются крайне существенной проблемой для российского общества.

Говоря об аборте, следует иметь в виду, что понятие «безопасный аборт» должно быть признано несостоятельным с научной точки. Общеизвестны данные о возможных непосредственных осложнениях абортов, независимо от их легальности. Несколько менее известны последние научные данные о долговременных социально значимых последствиях абортов, которые мы и позволим себе привести. Последние масштабные и методологически выверенные исследования показывают, что делавшиеся ранее утверждения об относительной безвредности прошедших без явных осложнений абортов для последующего состояния психологического и психического здоровья женщин не соответствуют действительности[34].

Так опубликованные в 2006 и 2008 гг. результаты лонгитюдных исследований в Новой Зеландии показали, что риск возникновения различных проблем с психическим здоровьем у женщин, совершавших аборт, значительно повышается. К 25 годам 42% из них переживали серьезные депрессивные расстройства, 39% - тревожные расстройства личности, 27% испытывали склонность к суициду, 6,8% страдали от алкогольной зависимости[35].

Уточненные данные указывают, что совершение аборта женщиной увеличивает в будущем риск возникновения склонности к суициду – на 61%, алкогольной зависимости – на188%, наркотической зависимости – на 185%, тяжелой депрессии – на 31%, тревожных расстройств личности – на 113%[36].

Австралийские данные показывают, что у женщин, совершавших аборт, почти вдвое возрастает риск развития депрессии в течение года, почти в три раза увеличивается риск возникновения наркотической зависимости, и вдвое – алкогольной[37]. По норвежским данным у женщин, совершивших аборт, на 400% повышается риск возникновения никотиновой зависимости, на 180% - алкогольной, на 670% - наркотической, на 250% - депрессивных расстройств[38].

Во многом проблема возможности осуществления абортов упирается в отсутствие правового статуса эмбриона, установления четких медицинских критериев момента превращения эмбриона в новое качество, называемое человеком[39].

Собственно, отсюда возникает известная конкуренция прав женщины и не родившегося ребенка, поиска разумного соотношения того момента, когда такая конкуренция уже приобретает достаточно четкие очертания, с тем чтобы окончательно решить вопрос о приоритете прав матери или ребенка.

Следует отметить, что в науке искусственное прерывание беременности (или аборт) рассматривается как один из способов ограничения права на жизнь.

Современная юридическая литература в большинстве своем крайне негативно отзывается об искусственном прерывании беременности, сводя действия женщины по изгнанию плода фактически к преступному посягательству на жизнь человека, обладающего уже определенным набором прав, в т.ч. права на жизнь[40],[41].

Может быть это будет открытием для многих петербургских депутатов, но в научных кругах еще в 2008 году предлагалась разработка и принятие соответствующего федерального закона, представлявшего бы собой важную гарантию охраны прав (в первую очередь права на жизнь) зачатых, но еще не рожденных детей[42].Предлагалось, в частности, законодательно определить, с какого момента право на жизнь в полной мере распространяется на внутриутробный плод человека и ограничено ли данное право его физиологическими данными, в частности его жизнеспособностью или болевыми реакциями, так как от этих вопросов зависит законодательное разрешение проблем, связанных с распоряжением эмбрионами, их органами и тканями, использованием их в качестве трансплантатов и т.д.

Не пора ли нам осознать что же такое 180 млн. абортированных в РСФСР с 1920 по 1990 годы? И хотя в новой России количество абортов убывает устойчиво год от года, однако даже при этом с 1991 по 2011 год в России было абортировано целых 41 млн. младенцев по официальным данным Минздрава. При этом за те же 20 лет с 1970 по 1990 год в РСФСР было вырезано 93,2 млн. жизней младенцев. Всего же с 1920 по 2011 год аборты унесли примерно 220 млн. жизней или без малого четверть миллиарда.

Ни одна страна мира не испытала такого массового уничтожения внутриутробных жизней в пересчете на количество рожденных живыми.

Если бы в РСФСР даже делалось бы столько абортов, сколько их делалось в США (25-27 абортов на 100 живорожденных, а не как было в РСФСР 200-250 абортов на 100 живорожденных), то население РСФСР составляло бы сейчас не 142 млн., а примерно 142+180=322 млн.

Наконец, метаанализ, опубликованный в 2011 году проф. Присциллой Колман (Coleman, 2011)[43], охвативший 22 исследования, отобранных по наиболее тщательным методологическим критериям, показал, что аборт в анамнезе на 82% увеличивает риск возникновения различных видов психических проблем, на 35% увеличивает риск возникновения тревожных состояний, на37% увеличивает риск возникновения депрессий, на 119% увеличивает риск злоупотребления алкоголем, на 155% увеличивает риск появления суицидального поведения, на 230% увеличивает риск употребления легких наркотиков (марихуана), на 185%увеличивает риск наркотической зависимости, на 31% увеличивает риск тяжелой депрессии и на113% увеличивает риск тревожных расстройств личности. При этом риск возникновения психических проблем у женщин, перенесших аборт на 55% больше, чем у женщин, никогда несовершавших аборт, на 138% больше, чем у женщин с благоприятным исходом беременности и на55% больше, чем у женщин, перенесших выкидыш.

 Совершение аборта влияет на состояние супружеских отношений. В целом ряде исследований было показано, что совершение аборта увеличивает риск развода или расставания супругов[44].

Совершение аборта увеличивает также риск возникновения у женщин сексуальных дисфункций, в том числе и долговременных, имеются данные и о возникновении вследствие аборта сексуальных проблем со стороны мужчин[45].

Имеется и связь между совершением абортов и последующими проблемами в воспитании детей. В частности, в одном из исследований было показано, что риск жестокого обращения со своими детьми на 144% выше со стороны женщин, совершавших аборт[46].

Таким образом, существующие научные данные позволяют говорить, что аборты являются причиной не только проблем со здоровьем у самих совершающих их женщин, но и серьезных негативных социальных последствий, в том числе для семейной жизни, будущего родительства, воспитания детей.

 Очевидно, что даже с чисто прагматической точки зрения снижение числа абортов отвечает интересам общества. Одним из инструментов ограничения числа абортов является нормативное регулирование со стороны государства. Нередко в дискуссиях на темы абортов приходится слышать, что существует «право на аборт», являющееся составляющей т.н. «репродуктивных прав». Вместе с тем, это безосновательные утверждения, не следующие из обязывающих международных правовых документов. Обязывающие международные соглашения не упоминают об абортах. Единственный получивший некий уровень межгосударственного одобрения документ - Программа действий Международной конференции по народонаселению и развитию (1994) прямо указывает (п. 8.25): «Любые меры или изменения в отношении абортов в рамках системы здравоохранения можно осуществлять на национальном или местном уровне лишь в соответствии с национальным законодательством».

Таким образом, вопрос законодательного регулирования абортов целиком относится к компетенции национальной законодательной власти.

Разумеется, рассматривая проблему абортов, необходимо иметь в виду, что она носит комплексный социальный характер и не может быть решена на уровне одних мер государственного нормативного регулирования. И в этом депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Людмила Косткина абсолютно права.

Огромное значение для решения проблемы абортов имеет ценностная и нравственная составляющая общества, отношение к рождению детей, родительству и многодетности. Существенное значение имеет и социально-экономическая сторона вопроса – а именно создание благоприятных внешних условий для рождения и воспитания детей в российских семьях.

Инициатива Виталия Милонова не может привести к сиюминутным изменениям Конституции Российской Федерации, так как процедуры внесения изменений в эту часть Конституции нет. Этот пункт нельзя изменить законом, а только конституционным совещанием. Но закона о процедуре созыва конституционного совещания нет. Но запрещать обсуждать этот вопрос было бы не демократично. Без обсуждения не будет и решения!

Нравится это кому-то или нет, вопросы о наделении эмбрионов правами человека и права на аборт в Госдуму будет вынесен все равно. Мы не знаем чем завершится это обсуждение. Конечно, вряд ли решение по конкретно этому предложению будет положительным. Но если в результате у нас в стране будет установлено право женщины, родившей трех и более детей получать пенсию, например, с 40 лет, если забереневшая женщина получит право на внеоочередное получение жилья в случае рождения ребенка или какую-то иную существенную меру социальной поддержки государства, то не будет ли это вехой в решении проблемы абортов в нашей стране?!

Вот почему нас волновал в этой связи только один вопрос - поднимет этот вопрос Санкт-Петербург или другой регион. Нам, как патриотам Санкт-Петербурга, хотелось бы, чтобы этот вопрос поднял наш город. И хорошо, что так оно и получилось.

Как метко заметил Виталий Милонов: «Не надо жить в условиях, когда мы можем признать войну миром, а свободу рабством путем демократического голосования. Если жизнь возникла, то называть ее «нежизнью» мы не имеем право. Мы тоже находились когда-то в тех же условиях. Мы обсуждаем не запрет аборта, а некую ошибку в нашем законодательстве, которая в перспективе следующим этапом может привести нас к легализации эвтаназии»[47].

Таким образом, пусть даже пока не разработка и принятие соответствующего федерального закона, а только широкое и содержательное обсуждение проблемы аборта, несомненно, станут важным этапом дальнейшего совершенствования гражданского законодательства и важной гарантией охраны прав (в первую очередь - права на жизнь) зачатых, но еще не рожденных детей.

 

 






[1] Казус Милонова. // «Росбалт - Петербург. Аналитика», 26.09.2012.



[2] Стенограмма заседания Законодательного Собрания Санкт-Петербурга от 26.09.2012.



[3] Стенограмма заседания Законодательного Собрания Санкт-Петербурга от 26.09.2012.



[4] Конституция Российской Федерации. (принята всенародным голосованием 12.12.1993) // «Парламентская газета», №4, 23-29.01.2009.



[5] Волкова Т. Правовая защита права на жизнь новорожденного // Законность. 2004. №4.



[6] Нерсесянц B.C. Философия права. // Учебник для вузов. — М.: Издательская группа ИНФРА • М — НОРМА, 1997. — 652 с.



[7] Джойс Артур. Определение личности: является ли эмбрион человеком? // Pro Choice action network (http://www.prochoiceactionnetwork-canada.org/articles/fetusperson.shtml)



[8] CitizenLink: Friday Five: Former Abortionist Dr. Bernard Nathanson



[9] Факты говорят громче, нежели «Безмолвный крик». // http://www.skeptik.net/clinic/abortion.htm



[10]http://ru.wikipedia.org/wiki/%CF%EE%EB%E5%EC%E8%EA%E0_%E2%EE%EA%F0%F3%E3_%EF%F0%EE%E1%EB%E5%EC%FB_%E0%E1%EE%F0%F2%E0



[11] Аборты под вопросом — беременным зеленый свет. // Сайт Православие и мир, 3 февраля, 2010 (http://www.pravmir.ru/aborty-pod-voprosom-%E2%80%93-beremennym-zelenyj-svet/).



[12] Сахих аль-Бухари – Мухтасар. Книга начала творения // http://hadis.vchechne.ru/sb/sb_61.html



[13] http://otvet.mail.ru/question/63273666/.



[14] Thailand, Act promulgating the Penal Code, B.E. 2499, secs. 301–305 (1956).



[15] Parichart Suwanbubbha, The Right to Family Planning, Contraception, and Abortion in Thai Buddhism, in Sacred Rights: The Case for Contraception and Abortion in World Religions 145, 155 (Daniel C. Maguire ed., 2003).



[16] Duration of pregnancy is calculated from the last menstrual period (LMP), which is generally considered to occur two weeks prior to conception. For the sake of consistency, statutory gestational limits calculated from the date of conception have been extended by two weeks. Cambodia, Royal Kram of Nov. 12, 1997, art. 8.



[17] Thailand, Act promulgating the Penal Code, B.E. 2499, secs. 301–305 (1956).



[18] Evy F. McElmeel, Legalization of the Birth Control Pill in Japan will Reduce Reliance on Abortion as the Primary Method of Birth Control, 8 Pac. Rim L. & Pol’y 681, 686-87 (1999).



[19]http://ru.wikipedia.org/wiki/%CF%EE%EB%E5%EC%E8%EA%E0_%E2%EE%EA%F0%F3%E3_%EF%F0%EE%E1%EB%E5%EC%FB_%E0%E1%EE%F0%F2%E0



[20] «Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан» (утв. ВС РФ 22.07.1993 N 5487-1) // «Ведомости СНД и ВС РФ», 19.08.1993, №33, ст. 1318.



[21] «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Федеральный закон от 21.11.2011 №323-ФЗ // «Российская газета», №263, 23.11.2011.



[22] Большой энциклопедический словарь. // М., 1991. с. 6.



[23] http://demoscope.ru/weekly/ssp/sng_abo.php



[24] В. Борисов, А. Синельников, В. Архангельский. Аборты и планирование семьи в России: правовые и нравственные аспекты (опрос экспертов) // Вопросы статистики, 1997, № 3. с. 75.



[25] Белобородов И.И. Аборты в России: история, последствия, альтернативы. По материалам Всероссийской конференции центров защиты материнства // Демография.ру. Институт демографических исследований. http://www.demographia.ru/articles_N/index.html?idR=23&idArt=904



[26] Урланис Б.Ц.  Рождаемость и продолжительность жизни в СССР. М.: — 1963. с. 27-28.



[27]Сакевич В.И. Что было после запрета аборта в 1936 году. // Демоскоп Weekly, № 221 - 222

7 - 20 ноября 2005
(http://www.demoscope.ru/weekly/2005/0221/reprod01.php).



[28] http://demoscope.ru/weekly/app/app40ab.php




Актуально
закон и право
Правительство
Моя команда
Законодательное Собрание
Документы ЗС
Научная деятельность
Публикации в СМИ
Опросы
Фото-архив
Биография
Обратная связь
Контакты





Все права защищены © 2004-2006. Перепечатка материалов возможна только с разрешения администрации сайта
Электронная почта: 1151679@mail.ru